не могу больше наблюдать беспомощность перед бесконечным. все, на что ни падает взгляд, сводиться к ней.

пустое барахтанье. бесполезная борьба. попытка забвения. попытка закрыть глаза. отвертеться, лишь бы не знать, что вокруг не существует границ, что вокруг домов открытый космос, такой же неизвестный и пугающий как и вначале всего. Нелепые одежды, шляпы, прически. эти игры в наркотический туман с бутылками дыма, сигаретам, опьянение. игры в стоицизм, спокойствие, разговоры, встречи, праздники, красоту.

я не могу больше наблюдать этот детский страх. я не могу больше наблюдать эти расчеты времени до минут. игры в занятость, в идею успеть все, в утечку времени, в дороговизну каждого дня. обмен бумажками, игру в семьи, карьерный рост, амбиции, великие цели.

я не могу больше смотреть, как ты улыбаешься в едком дыму, и этот страшно глупый спектакль с пластиковой бутылкой, дымом, катанием шариков, поиском упавшего. я не могу больше смотреть каждый раз на этот судорожный поиск по дому маленького кусочка бесценного спасения, бесценного островка в безнадежном страхе. я не могу больше смотреть на эту псевдо-успешность построения жизни знакомых, на этот супер-план до старости лет с определенным количеством детей, денег, квартиры в определенном месте, работы. игра ставшая жизнью, равная по ужасу игле воткнутой в вену. я не могу больше смотреть на эти кривляния, ребячества, детскую непосредственность от тех, у которых давно нет ничего подобного и в помине. я не могу больше смотреть на эти попытки построения каких-то отношений, на ссоры скрытые и явные, звонки, скандалы, вражду по поводу и без повода. игру в чувства и бесчувствие. эти попытки скрыться, эти попытки бежать. я не могу больше слышать про страшный рабочий день, про чужое найденное счастье, отгородившее себя от бесконечного пространства бетонными замками, режимом дня, стопкой, успешно решаемых дел. это чудовищное забвение. эта ужасающая игра в прятки.

равновесие, порядок, обезболивающее, хороший сервис, сериал

равновесие, порядок, обезболивающее, хороший сервис, сериал

я хочу чтобы вы резали меня, вытащили все жилы, я хочу быть кровью, явной кровью, без оболочки. этот белый пластиковый дешевый мир. никто не решается пробить в нем брешь.

я не могу больше наблюдать эти нагромождения мифических замков, оправданий, чтобы отгородиться.

не могу наблюдать эти попытки навести порядок, убраться, расставить все на свои места. повторяющуюся изо дня в день борьбу с пылью, сломавшимися вещами, исчезнувшими предметами, собственными запахами, волосами, выделениями из всех щелей. борьбу с прущими отовсюду бесконечностью, неправильностью. попытками справиться с безумием творящимся в собственных головах. попытками убить это безумие, назвав его больным.

я не могу больше смотреть на эту затянувшуюся болезнь с претензией на героизм и собственную ценность, жалкие попытки найти свое место - или стать помощником в поиске другим лучшего места спрятаться, или самому постабильней спрятаться.

убеждение, главное убеждение, оптимизм, парение вверх, расширение сознания, правильный образ жизни как-то: питание, партнер и здоровый сон - что это за убогий набор от "сглаза", "на случай чумы". эти постоянные жалобы на нехватку секса, денег, чудес и интересной жизни. бесконечное нежелание смириться со своим телом, с его возможностями и потребностями. страх себя. страх обнаружить в самом себе тайну, черную дыру, космос. желание дать всему случающемуся внутри названия: болезнь такая-то, лечить так то, психологическая проблема такая-то, лечить так то. и самое страшное, если мы обнаружим в этом "ясном", понятном мире, что болезнь неизлечима, что средств нет, неизвестность, вылезет наружу, прорвав, созданное здание, прогрессия в бесконечное. страх незнания, страх нестабильности, страх неясности.

я не могу больше болтаться в этом мире, как повешенный, ногами, упираясь в пустоту. я не могу больше смиряться и молчать о том, что прошлое с его ритуалами, танцами у костра и круглогодичным циклом праздников, молитв, церемоний больше не сможет меня принять, не сможет вместить творящееся внутри меня, существующего сегодня. он - мертвый мир, обрисованный заманчиво, как маленький удобный райок, который мы потеряли, но который еще где-о существует в далеких уголках планеты. и найденные черепа и другие кости тела, помещенные в склеп музея с определенной температурой - говорят об этом с вопиющей убедительностью, воняя какими-то растворами от развала. нет смысла больше молчать о том, что попытки определить расщепленное на осколки сознание на выбор веры - попытки держаться за ясное, стабильное старое. и те остатки, как остатки мамонтов и безумствующих мусульман, и странных православных акций - живут иным сознанием, уходящим в прошлое с быстротечностью песочных часов. они уже перевернуты. и спираль идет по тому же следу, но не совсем. мир ищет новой веры. какой-то веры, пламенеющей и зреющей, способной вместить больше, чтобы иначе обозначить эту маячащую каждый день черную дыру. а может быть готовиться наконец взглянуть ей в лицо, охватить ее всю, принять ее в себя.

и я не могу больше наблюдать эти странные попытки примерить на себя набор ритуалов разных религий, попытки быть правоверными, соблюдающими, лысыми, соблюдающими посты. надеть любой костюм лишь бы быть в костюме, иметь ясный ответ и чтобы цвет был хоть чуть чуть близок творящемуся внутри и хорошо прикрывающим хаос. эти религиозные празднества, когда никто толком не знает почему и зачем и в каком порядке и куда нужно и как нужно делать. как-бы спасительная лодка, которой уже никто не в курсе как управлять и в которой также нет никакой уверенности, лишь легкая надежда, мало действующий "опиум". и какая мне разница между этим набором принятых дел и молитв. мне интересны лишь общие моменты в них, и именно они занимают мои мысли.

я не могу больше наблюдать попытки отделить творение от жизни. жизнетворчество. вокруг ходят калеки, отделившие себя и свою деятельную жизнь от творчества и от искусства. толпа калек, отрезавшие себе одну часть, пусть физически не ощутимую, но зато ощутимую в иные моменты их жизни.

нет искусства. давно нет искусства отделенного от жизни. зато процветает искусственная жизнь.зато есть еще какие-то новые области. но что они?

я болтаюсь как повешенный и хочу чтобы с меня, наконец, сняли петлю. я жажду падения, хочу развести руки в отрытый космос и раствориться в нем, чтобы ощутить бесконечность физически.

бесконечно рада жить в настоящем. говорят что ничего не происходит, или происходит только хаос и  хаос и он множится, и в один прекрасный день мы подорвемся и взлетим в небо пеплом вместе с ошметками мусора на котором давно восседаем.

происходит многое и с трудом угнаться за происходящим. когда-нибудь я напишу книгу о сигарном дыму в этих маленьких тесных тусовках, когда-нибудь история соберет из нас мозаику и будущее будет разглядывать ее, пытаясь уловить хоть каплю воздуха, который растекается по улице, по этой небольшой улице с односторонним движением, уходящей от собора. И вплетенный в рассказы воздух станет бесценен, как бесценны минуты, утекающие вместе с глотками горького зеленого чая. когда-нибудь, пожавший тебе руку станет хранителем больше никому не доступной тайны сопричастия, когда-нибудь сквозь запотевшие окошки полу-первых этажей проявятся колющие сердце истории наших встреч и расставаний. и в тех, застрявших в памяти взглядах, прикосновениях, прогулках, круговоротах бессонных ночей мы будем повторением и воплощением тысячи других мужчин и женщин с разноцветными волосами разной длинны. И на фильмы будут искать актеров, напоминающих нас, с тем же овалом лица, глазами, бровями и прочим. Они придумают нам стрижки и одежду, тембр голоса, стиль общения и распорядок дня. мы станем подобны поколению заблудившихся детей-героев в мечтателях Бертоллучи, утопающих в ванной под музыку Хендрикса. или снимут популярный фильм-роман о женщинах в твоей жизни, собранный по мотивам их рассказов. или одна из них напишет книгу, словно Франсуаза Жило о жизни с Пикассо и тому подобные. и о твоих работах напишут две строчки, что-то по типу: "он работал где придется и еле сводил концы с концами, иногда у него не было денег даже на пакетик чая и коробок спичек.." или, наоборот, "работал в легендарном ныне месте и к нему заходило пол города и дальше приведут список известных фамилий..", или может "он до конца своих дней не  нуждался, так как по молодости вложил удачно денег в одно выгодное дельце..". как-то так, и выберут из твоего списка работ тот вид зарабатывания на жизнь, который наиболее подойдет под подобное описание.